ВЛАДИМИР КУДРЯ, ПРОФЕССОР РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ МУЗЫКИ, МОСКВА


известный флейтист

Владимир Кудря, профессор Российской Академии музыки им.Гнесиных

конкурс для флейты

Международный конкурс для флейты ARD в Мюнхене 2020 год

конкурс для флейты

Международный конкурс для флейты в Китае 2018 год

конкурс для флейты

Ежегодный фестиваль "Виртуозы флейты" в Санкт-Петербурге

конкурс для флейты

Международный конкурс для флейты в Дюссельдорфе 2017 год

конкурс для флейты

Международный конкурс для флейты им.Нильсена в Женеве 2018 году

конкурс для флейты

Ежегодный международный музыкальный конкурс в Женеве

Идея сайта www.principalchairs.ru - замечательная. Мы тоже готовим оркестрантов, поэтому сама идея общения с такими мастерами, которые могут дать ценные рекомендации - очень важна!

Что касается меня, то моим основным педагогом был Алексей Иванович Каширский, заслуженный артист РФ, профессор, солист Большого театра. Я поступил к нему  в училище в 1972 году, сразу на второй курс. В то время это был институт и училище им. Гнесиных. Я был знаком с ним  заочно. Слышал по радио: “Выступает оркестр Большого театра. Соло на флейте - Каширский!”  В то время  классическая музыка звучала по радио постоянно. Сюиты Годара, сонаты Баха… - все это я слышал по радио в исполнении Каширского. Когда я приехал в Москву на прослушивание и попал в его класс, - для меня это было счастье!

Мне рассказали эпизод из его жизни. Возвратившись с фронта после окончания 2-ой мировой войны, Каширский пришел к Н. И.Платонову, ученику В.Н.Цыбина, который преподавал  в  училище им.Гнесиных. На уроках Платонова он выучил Концертное Аллегро №2 Цыбина и Платонов решил показать его Цыбину, который жил тогда в г. Пушкино. После того, как Каширский сыграл  Концерт, Цыбин встал, подошел к нему, поцеловал и сказал: “До меня Мишенька, тебя поцеловал сам Господь Бог, потому что ты флейтист от Бога”.

Действительно, у Каширского был великолепный звук и очень хороший инструмент  “Haynes”. В Большом театре всегда были хорошие инструменты. Мне тоже посчастливилось играть на этом инструменте, который Алексей Иванович несколько раз давал мне на запись.

В любой момент мог поставить любые ноты оркестровых партий и говорил: Играй!

Мне очень повезло пройти у него настоящую флейтовую школу. Сначала в училище, в котором он уже готовил студентов к оркестровой работе. Обязательным было чтение с листа. Он сознательно создавал на уроках стрессовые ситуации: в любой момент мог поставить любые ноты оркестровых партий и говорил: Играй! Концертмейстеры всегда должны были быть к этому готовы! Пожалуйста, в темпе, по руке – играй! И надо было играть. Мы, конечно, все время учили оркестровые партии, а он нам показывал и все оркестровые “хитрости”: здесь мягче; здесь взять дыхание и т.д. Конечно, он был оркестровым музыкантом, но выступал и с сольными концертами.

Я помню один из его сольных концертов в котором он исполнил все 6 сонат Баха. Мало кто мог решиться на такую сольную программу. Выйти и за вечер сыграть все 6 сонат Баха!

Они выступали с Татьяной Николаевой в бывшем зале юридического факультета МГУ, который теперь называется Рахманиновским.  Первое отделение 3 сонаты и второе отделение 3 сонаты.  Даже физически выдержать это очень трудно.

Цыбин пошел дальше Тафанеля и Моиса. И я считаю, что для флейтистов - это вершина технического мастерства.

А на юбилейном концерте В.Н.Цыбина он сыграл три Концертные Аллегро. Это на самом деле мастерски написанные виртуозные произведения. Цыбин поднял флейтовое  исполнительство, технику, выразительность на новый уровень. Цыбин пошел дальше Тафанеля и Моиса. И я считаю, что для флейтистов - это вершина технического мастерства.

Когда я проводил мастер классы в Консерватории Сеула ( Южная Корея), то моя аудитория оказалась рядом с аудиторией профессора Ю.Беккера из Джулиардовской  Школы (Нью-Йорк).  Мы познакомились, и я рассказал ему о В.Н.Цыбине. Ю.Беккер захотел посмотреть ноты, которые, к счастью, у меня были с собою. И когда он выразил  желание иметь эти ноты, то я без колебания подарил их ему. Сначала Три Концертные Аллегро, а позднее 10 Концертных Этюдов. Так что у него получился полный комплект. Я объяснил ему, что Цыбин задумывал это как Концерт для флейты с оркестром, есть даже его наброски для симфонического оркестра.

Я считаю, что В.Н.Цыбин внес большой вклад в развитие флейтового искусства, не только в русское, но и в мировое.

У меня был случай, когда мы организовывали первый Конкурс имени В.Н.Цыбина в Москве. Я отправил ноты Концертных  Аллегро в Португалию, Германию и Италию с приглашением принять участие в конкурсе. Через месяц из Германии пришел ответ: “Извините, но у нас вряд ли кто-нибудь это сыграет! Мы не сможем подготовить вам участников ”.  Но у нас ведь играют, значит, это вполне реально. Это очень  интересный конкурс. Первый тур проходит за занавесом. Никто никого не видит. Потом второй тур. А вот на третьем туре обязательно звучат произведения Моцарта и Цыбина.

Я рассказал вам  о первом педагоге. Но в моей жизни был человек, который ввел меня в музыкальный мир.

Вся моя семья была очень музыкальна. Был даже один профессиональный кларнетист. Меня привели в музыкальную школу, естественно, для обучения на фортепиано. Но неожиданно перед прослушиванием к нам подошел пожилой человек, фронтовик и пригласил меня с родителями посмотреть духовые инструменты, которые находились в соседнем классе. Все возможные духовые инструменты лежали на столе. Только сейчас я понимаю, что в тот день я выбрал себе судьбу. Василий Иванович Косинов сыграл нам на всех духовых инструментах. И он хотел, чтобы я по звуку выбрал для себя инструмент. И я выбрал флейту.

Раньше, ученики музыкальных школ брали музыкальные инструменты в школе в аренду за копейки. Духовые инструменты были сделаны на ленинградском заводе, который стал преемником известной немецкой фирмы “Циммерман”. Этот завод сохранился после революции и там продолжали выпускать эбонитовые, металлические, но играющие духовые инструменты.

В первый день в музыкальной школе я получил в пользование флейту. Еще я помню, что мой учитель создал в школе духовой оркестр, в котором и младшие, и старшие школьники играли вместе. Мы выступали на парадах и демонстрациях, а летом уезжали в пионерский лагерь, где продолжали учиться музыке: играли концерты, пели с хором. У Василия Ивановича из класса вышли несколько профессиональных музыкантов, которые, так же как и я получили высшее музыкальное образование.

В школе был и симфонический оркестр, в котором я тоже принимал участие. После окончания такой  школы я приехал в Москву и сразу поступил на второй курс училища. Так что именно эти два человека дали мне профессиональную основу.

Я категорически против того, чтобы педагоги создавали на уроках музыки с детьми стрессовые ситуации.

Малышей я тоже сразу ввожу в оркестр, пусть даже и с одной нотой. Они все счастливы! Сначала одна, потом две, потом три нотки склеились, и вот гармония зазвучала - это очень важно!  Я категорически против того, чтобы педагоги создавали на уроках музыки с детьми стрессовые ситуации. Этого не должно быть ни в коем случае! Ребенок только входит в мир музыки и должен расти и развиваться в своем темпе.

А вот когда мы попадаем в институт, здесь стрессовые ситуации необходимы.

А вот когда мы попадаем в институт, здесь стрессовые ситуации необходимы. Потому что потом, в оркестре, все это будет. Вот у меня, например, в оркестре Кинематографии, были случаи, когда  только чтение с листа и сразу же запись. Вот экран, дирижер чуть-чуть посмотрел, проверил темп, все – мотор! И этих записей “с листа” было очень большое количество. Я застал самый расцвет советского кино.

Что касается симфонической музыки, то я считаю, что каждое поколение  должно перезаписывать симфоническую музыку, с новыми дирижерами это будет звучать по-новому. Ведь классический текст остается, но в нем столько подтекста, раскрывающего содержание, что невозможно слушать его только в одной или двух интерпретациях. Сейчас, благодаря Интернету, можно найти и до пяти различных записей. Но я считаю, что звукозапись симфонической музыки сейчас приостановилась и не востребована.

Я считаю, что культура это основа основ, которая состоит из академического образования,  академического искусства и фундаментальной науки.

Это три составляющие, которые должны финансироваться по максимуму, а не по остаточному принципу. Только эти три области дают обществу и следующему поколению возможность расти и приумножать эти вложения. Это не траты. Эти вложения окупаются в следующем поколении сторицей. До революции в России была создана льготная налоговая система, при которой любому меценату и предпринимателю было выгодно вкладывать средства в произведения искусства, в академическую музыку, в фундаментальную науку и академическое образование ( было открыто много частных гимназий) . Эти деньги налогом не облагались.

О Корее

Что касается Азии, там конечно свои экономические трудности. Но, когда я приехал в Южную Корею в 2003 году, то в Консерватории вокал преподавали итальянцы, скрипку - педагоги из России и Израиля, медные инструменты – педагоги из Англии и Америки. Кларнетист и гобоист – из Франции, а вот флейтист оказался из России.

Впервые в Южную Корею я приехал  с оркестром Московской Филармонии в 1988 году. После первого же концерта ко мне неожиданно подошли корейцы-флейтисты и попросили дать им мастер-класс. И далее по маршруту наших гастролей почти в каждом городе я проводил мастер-классы.

Таким образом, с 1988 года меня стали приглашать на летние мастер-классы, а потом предложили пятилетний контракт. За пять лет я должен был подготовить двух аспирантов, помимо прочих студентов, чтобы они в будущем могли вести класс флейты. Так что теперь один мой выпускник преподает в Консерватории - а другой в Университете. Я слушал недавно уже их учеников на экзаменах – вполне достойная работа.

Когда я приехал в Консерваторию, там уже учились 43 студента - флейтиста, потому что флейта необыкновенно популярна в Южной Корее. Но что интересно, никто не учил их играть гаммы.  Они не знали, как построить мелодический минор, то есть самые элементарные вещи. Поэтому мы сразу начали с гамм.  Дело пошло, они начали технически расти, расширили репертуар.

В какой-то момент, я пришел к директору Консерватории с вопросом, что он собирается делать с таким количеством флейтистов? Ведь 43 флейтиста для страны, которая по площади сопоставима с нашей Тульской областью, – это очень большая цифра. Он мне ответили, что это не их забота, так как студенты сами оплачивают свое обучение.

А у меня  уже тогда созрела идея, которую я и озвучил: “Давайте организуем их в оркестр, оркестр флейт”. Директор был очень удивлен и спросил, что это такое. Я объяснил, что это вся партитура от баса до пикколки, то есть все клавирное, все, что для фортепиано, будет звучать флейтами.

На вопрос что для этого нужно я стал фантазировать, опираясь на то количество флейт, которые уже были у студентов.  “Предположим, 4 пикколки, пять альтовых флейт, три басовых флейты,  две контр басовых ( к тому времени контр басовые флейты я в глаза не видел), суб-контр басовая и суб-суб-контр басовая флейты”.

Он все записал и спросил, а где это все можно купить? Я предложил ему покупать пикколки или в Америке или в Германии, альтовые флейты в Японии, остальные в Голландии. На этом мы расстались. Прошло что-то около 3 недель, и он пригласил меня зайти в его кабинет. На столе я увидел большое количество футляров и не поверил своим глазам. Открываю: альтовые – Мураматци, дальше – басовые. Фантастика! Мы начали их собирать, извлекать звук, замечательно! Я не мог удержаться от вопроса:” Как вам это удалось? Это же огромные деньги! Неужели Консерватория выделила деньги?”

Директор мне объяснил, что после нашего разговора он собрал всю информацию и выставил ее в виде проекта на сайт “Культурные проекты”, где объявил конкурс для спонсоров. Конкурс для спонсоров! Это меня просто сразило. Свои условия предложили DEО, KIA ,Sumsung . Он остановился, по-моему, на DEO, которая взяла на себя все расходы, включая доставку.

Через месяц мы уже выступали с концертом! Я сделал аранжировку “Пяти хоральных прелюдий”  Баха и когда все флейты вступили ровным звуком в хоральной прелюдии, я понял что это орган, только в 10 раз лучше. Вот звучит мягкий орган, ведь только на органе есть атака и есть резкое снятие, а здесь живой звук и динамика и фраза – вот просто живой орган. У меня помню волосы слегка встали дыбом: Вот это звук! Вот это да! Удалось сразу же показать всю полифонию.

Ну, конечно, такие оркестры есть в той же Германии, но это ансамбли солистов. В России инициатором этого был только я. Где-то в 2000 году мы собрались, и у нас было только несколько альтовых флейт и одна басовая флейта.

Постепенно начали выступать, это вызывало интерес, ведь действительно – это интересно. Для нас аспирантка московской  Консерватории написала произведение для 20-ти флейт и органа, с которым она выиграла конкурс в Париже. И еще одно произведение было написано специально для нашего хора флейт. Туда тоже входил орган, но дополнительно была включена ударная секция, гитара, ударный синтезатор, фортепиано и детский хор.

Мы выступили с этим произведением в Санкт-Петербурге на юбилее Консерватории. Все были в восторге. Основным репертуаром были, конечно же, переложения.

А в Южной Корее этот оркестр флейт существует и сейчас и называется, чуть ли не Национальный оркестр Южной Кореи. Знаю, что они часто гастролируют.  Я выступаю за то, чтобы и у нас была такая возможность финансирования культурных проектов и творческих людей.

К вопросу о том как серьезно подходят в Корее к необходимости использования легальных нот.

У меня был такой случай в Корее, когда во время  урока ко мне в кабинет зашла комиссия во главе с ректором, и оказалось, что это агентство авторских прав.  Они заходили во все классы и смотрели ноты, которыми пользуются на уроке.

Слава Богу, у меня стояли на пюпитре оригинальные ноты. Если бы не было оригинала, то Консерваторию наказали бы, и ей пришлось бы платить большой штраф. На концертах в Южной Корее менеджер следил за тем, чтобы не дай Бог, на моем пюпитре не оказалось какая-нибудь копия – это невозможно.

В.Л.Кудря со студентами Российской академии музыки им.Гнесиных

На фото: В.Л.Кудря со студентами Российской академии музыки им.Гнесиных

О Конкурсах

Есть педагоги, которые игнорируют конкурсы,  а я считаю, что конкурсы дают стимул студента к занятиям. Все студенты разные. Есть так называемые ”конкурсные” ребята, которые мобилизуются и выходят на конкурс.

А есть такие творческие ребята, у меня такие есть, которые в классе, на концерте - великолепно выступают.  А конкурс для них - это стресс и они не могут играть. Это две разные ипостаси музыканта. Тот же Евгений Кисин - никогда не участвовал в конкурсах, а великолепный музыкант. Так что все зависит от характера, от личности студента. А те ребята, которые любят конкурсы, - это для них.

И конкурсы бывают разные. Разного ранга и разного направления. Поэтому  я считаю, что участие в конкурсах только обогащает. Но надо помнить, что конкурсы - это очень субъективное мнение. И все зависит от состава жюри и от состава участников. Есть конкурсы, где члены жюри не имеют права выставлять своих учеников, а есть, где выставляют.

Конкурсы -  это нормальное явление для музыканта, они должны быть – это стимул для саморазвития.

Первый флейтовый конкурс в России  - это конкурс им. Цыбина (из инструментов была только флейта), потом  мы организовали фестиваль им. Каширского. Есть конкурсы, где я был соучредителем или работал в оргкомитете. Вот, например, с организацией “ Международная ассоциация XXI века” мы проводили конкурсы в Вене и в Лиссабоне. Проводили конкурс в Финляндии. Я отвечал за российских участников, готовил с ними программу.

Интересно, когда конкурс идет по специальности. Сейчас в Москве готовится конкурс  “Моцарт Гран При” - для инструменталистов. Все будут играть Моцарта. Вот Моцарта можно сравнивать. Моцарт – это стиль.

Если человек гениальный, это проявляется на любом инструменте.  Один композитор звучит на всех инструментах. Сначала участники будут играть по номинациям: “флейта”, “гобой” и только первые места выйдут на тур Гран При с оркестром. Это моя идея, и я - в оргкомитете.

Российским вокалистам трудно петь Моцарта. (Нужно хорошо знать культуру, язык оригинала). Поэтому для вокалистов мы подготовили “Глинка Гран При”. Они будут петь Глинку, ведь он практически русский Моцарт, основоположник русской классической музыки. Этот конкурс будет проходить в Музыкальной Академии им. Маймонида в Москве в мае 2016 года (территориально – это почти напротив Кремля, на Васильевской набережной).

Интервью

Денис Лупачев:"Надо ориентироваться не на престижность музыкального заведения, а на педагога, который с тобой будет заниматься. Потому что бывает индивидуальная совместимость, а бывает индивидуальная несовместимость. Например, у проф. Адорьяна на среднем уровне вообще не имело смысла заниматься, потому что ему это было не интересно. Имело смысл, если нужна была какая- то огранка уже на высоком уровне владения инструментом, если необходимо было посмотреть под другим углом на произведение, что-то еще развить в плане технологии." Читать дальше >>>


Николай Попов:"Ну, конечно, я, наверно, как и многие музыканты, весьма суеверен и верю, прежде всего, в удачу. На мой взгляд удача— очень важный момент в творчестве и в исполнительстве. Есть вещи, которыми руководят силы, нам неподвластные, увы... Но, из того, что нам подвластно, прежде всего, мне думается — это анализ..." Читать дальше >>>


Видео уроки  на нашем сайте


первые флейтисты ведущих европейских оркестров представляют

 

Наши видео уроки 

представляют собой учебник оркестровых трудностей для Флейты. На сайте представлены видео уроки первых флейтистов симфонических оркестров и оркестров оперных театров Европы.

Название видео уроков

полностью совпадает со списком оркестровых трудностей для флейты, который существует в Европе для прослушивания в оркестр. Сайт может быть полезен не только студентам , но и профессиональным музыкантам для разучивания нового оркестрового репертуара.

видео уроки барочная флейта

Лиза Безносюк, профессор барочной флейты в Королевской Академии музыки, Лондон

видео уроки флейта

Андреа Олива, первая флейта национального симфонического оркестра Санта Чечилия, Рим

видео уроки флейта-пикколо

Кристофер Грин, пикколист оркестра театра Ковент Гарден, Лондон


видео уроки флейта

Майкл Кокс, первая флейта симфонического оркестра Би-Би-Си, Лондон

видео уроки флейта-пикколо

Патрисия Моррис, профессор пикколо в Королевской Академии музыки, Лондон

видео уроки флейта

Гаретт Дэвис, первая флейта Лондонского Симфонического оркестра (LSO)

видео уроки флейта

Пол Эдмонд-Дэвис, экс первая флейта Лондонского Симфонического Оркестра (LSO), профессор Королевской академии музыки, Лондон