Выбрать страницу

Татьяна Янковская, первая флейта оркестра театра оперы и балета Новосибирска

Также читайте:

Первая флейта Berlin Staatskapelle Клаудия Штейн

Первая флейта Berlin Staatskapelle Клаудия Штейн

В современной музыке я чувствую особую свободу и способность делать вещи по своему. Меня это вдохновляет и позволяет найти новый подход и в традиционной музыке.

Татьяна Янковская, первая флейта оркестра театра оперы и балета Новосибирска.

Это единственный театр в нашей стране, который строился во время Второй мировой войны. Открытие театра состоялось 12 мая 1945 года премьерой оперы Глинки “Иван Сусанин”.  Для сегодняшнего дня зрительный зал на 1762 места – впечатляет. Но ведь еще был построен и концертный зал на 375 мест. Наш сибирский Большой театр с самого первого дня своего рождения развивается и расцветает многими интересными проектами.

КОГДА И КАК НАЧАЛАСЬ ВАША РАБОТА В ОРКЕСТРЕ ТЕАТРА?

Мой опыт работы в оркестре длится уже более 20 лет. Начинала я на второй флейте и на флейте-пикколо, а с 2007 года я концертмейстер группы флейт.

В 2003 году в нашем театре начал работать молодой греческий дирижер Теодор Курентзис. Его первой работой в театре стал балет Стравинского «Поцелуй феи» в постановке Аллы Сигаловой. Это была интерпретация персонажей и музыки хореографом Сегаловой. Ее можно принимать, не принимать, но она такая, какая есть.

И запомнилось отношение Теодора к Стравинскому. Стравинский, по его мнению, доказал, что Россия это не только водка, Достоевский и Толстой, а что-то иное. Он как бы освятил новые пути эстетики в мировом искусстве. И до сих пор его считают не классиком, а современным композитором, который удивляет.

Затем последовала современная интерпретация оперы  «Аида» Дмитрием Черняковым и Курентзисом. Она как никогда разделила зрительный зал на поклонников и противников. Но при этом все без исключения признавали талантливое исполнение.

Это была масштабная постановка, которую мы представили на театральном фестивале “Золотая маска” в Москве. Мы возили и возим много спектаклей в Москву. Но та поездка особенно запомнилась огромными декорациями, Кремлевским Дворцом съездов и репетициями по 12 часов. Мы выходили оттуда в 3.30 утра!

Еще запомнились «Кармен» Бизе. Эту оперу даже кто-то в прессе назвал “Сибирская Кармен”. Она была исполнена оркестром и труппой нашего театра на сцене Большого в Москве. А потом и на сцене Мариинского театра в Санкт Петербурге.

Все тогда находились под большим впечатлением от постановки, от ауры на сцене, от того как работает хор, оркестр. На сцене действительно ощущалась естественная жизнь.

Это была  «фишка» Теодора — отдельные занятия с солистами оркестра как с оперными певцами.

Особенно запомнилось как перед третьим действием, в начале которого звучит знаменитый “Антракт”, меня и первого кларнетиста по трансляции вызывали срочно в кабинет главного дирижера. Мы бежали и еще раз проходили все соло.

Это была «фишка» Теодора — отдельные занятия с солистами оркестра как с оперными певцами. Он считал, что солисты оркестра и оперы равны. И требовал от певцов инструментальной четкости. Голос певца должен был звучать как солирующий инструмент оркестра. Мы много ездили с симфоническими программами.

Приглашенные оркестранты из филармонического оркестра сидят как рыбы, молча, открыв широко глаза и рот. Потом начинается небольшое соло флейты и я пою его одна-одинешенька. И тут уже и филармонисты запели.

Например, в Афинах в 2007 году, куда мы возили Шестую симфонию Чайковского, для усиления состава оркестра были приглашены музыканты из Новосибирского филармонического оркестра. Теодор частенько на репетициях просил оркестрантов спеть свою  партию, чтобы лучше проинтонировать, почувствовать фразу и т.д.

И вот, представьте, идет одна из последних репетиций перед гастролями. Он пытается объяснить, как ему хотелось бы, чтобы это прозвучало и просит это спеть. Наши струнники, уже наученные, бодренько так затягивают начало первой части. Он дирижирует с упоением. Наконец-то получается!

Приглашенные оркестранты из филармонического оркестра сидят как рыбы, молча, открыв широко глаза и рот. Потом начинается небольшое соло флейты и я пою его одна-одинешенька. И тут уже и филармонисты запели.

А когда вступили валторны, начался хохот. Они просто стали свои сигналы кричать на два форте. Если у вас будет минутка, послушайте начало Шестой симфонии. Станет понятно что происходит. Вообще я много рассказываю про Теодора в прошедшем времени. Но он жив-здоров, много работает и творит.

Я его не видела и не общалась с ним почти 5 лет. Правда была с сыном в Германии два года назад и ходила в Берлине на концерт, где он дирижировал. Для нас в Новосибирске это было явление. Когда он уехал, уехали многие музыканты, которые с ним работали. Было полное впечатление, что я вышла из скорого поезда.

ТЕАТР — ЭТО ЖИВОЙ ОРГАНИЗМ И МЫ ВСЕ ЗНАЕМ, ЧТО ЖИЗНЬ В НЕМ НИКОГДА НЕ МОЖЕТ И НЕ ДОЛЖНА ОСТАНАВЛИВАТЬСЯ

Да, это так. Жизнь в театре продолжается с новым молодым дирижером Айнарсом Рубикисом (Латвия). Продолжается работа с музыкой Стравинского. Для постановки балета “Весна Священная” в прошлом сезоне был приглашен хореограф из Франции, Патрик де Бана.

Запомнились концерты прошлого лета Open-air. Летним вечером на площади пред театром исполнялись всем известные поп и рок музыка в качественном звучании симфонического оркестра. Запомнились концерты, где мы исполняли «Военный Реквием» Бриттена, “Месса” Бернстайна, произведения Аарона Копленда, Четвертую Симфонию Гласса.

Большое место в моей жизни занимают концерты камерной музыки артистов нашего оркестра. Цикл камерных концертов в фойе театра “ Музыка для нас” проходят в необычных форматах. Это позволяет  раскрыть весь творческий потенциал оркестрантов и способствует, конечно же нашему совершенствованию.

КОНЕЧНО ЖЕ НАМ ОЧЕНЬ ИНТЕРЕСНО ВАШЕ МНЕНИЕ О НАШЕМ ПРОЕКТЕ — ОБРАЗОВАТЕЛЬНОМ ОНЛАЙН РЕСУРСЕ ДЛЯ ФЛЕЙТЫ, САЙТЕ WWW.PRINCIPALCHAIRS.RU

Сайт www.principalchair.ru  я воспринимаю как новое творческое явление в музыкальной жизни, в частности в Сибири. Географически мы находимся далеко от столиц, от европейских мастер-классов и до самого недавнего времени узнавали о новых исполнительских приемах, традициях с большим опозданием. Сейчас, конечно же, чаще приезжают европейские музыканты, ведущие педагоги.

А теперь вот и в Интернете можно найти такую бесценную информацию на таком сайте как Ваш!

В Сибири, я думаю, эта идея дополнительного онлайн образования бесценна и актуальна как нигде! Вспоминая начало своей карьеры в оркестре, я хотела бы, чтобы этот сайт появился в мои студенческие годы. Представляю, насколько бы он облегчил мою жизнь! Самое бесценное – это информация.

Разве можно упустить такую возможность, чтобы не посмотреть как флейтисты известнейших европейских оркестров объясняют и показывают технические и музыкальные моменты с русскими субтитрами!

Конечно же, такого рода информация как на вашем сайте очень важна в студенческие годы, когда есть время для изучения оркестрового репертуара, и вообще есть время. Но как важно осознавать и для оркестранта, что нельзя останавливаться в обучении в профессии.

К сожалению, не у всех и не всегда хватает времени и сил. Но я собираюсь использовать сайт для  обучения своих учеников и повышения своей собственно квалификации. Разве можно упустить такую возможность, чтобы не посмотреть как флейтисты известнейших европейских оркестров объясняют и показывают технические и музыкальные моменты с русскими субтитрами!

В НОЯБРЕ ПРОШЛОГО ГОДА НАМ УДАЛОСЬ ПОСЕТИТЬ НОВОСИБИРСК И ВООЧИЮ УВИДЕТЬ СОВЕРШЕННО НЕОБЫКНОВЕННУЮ СПЕЦИАЛИЗИРОВАННУЮ МУЗЫКАЛЬНУЮ ШКОЛУ ПРИ НОВОСИБИРСКОЙ КОНСЕРВАТОРИИ. ЧТО ДЛЯ ВАС ЗНАЧИТ ЭТА ШКОЛА?

Работа в средней специальной музыкальной школе-лицее при Новосибирской государственной консерватории им. М. И. Глинки занимает важное место в моей жизни,  я работаю там уже 5 лет. Директором нашей школы является настоящий подвижник и невероятно талантливый человек — Александр Тихонович Марченко.

Благодаря его усилиям и таланту кроме того что выстроено прекрасное и огромное здание школы с концертным залом, создана и внутренняя атмосфера для развития творческих способностей и детей и преподавателей.

Школа предполагает 11-ти летнее общее и специальное музыкальное образование и имеет ту же структуру, что и известные специальные музыкальные школы в Англии ( “Purcell” и “Chetams”) и в Москве (Гнесинская десятилетка и Центральная музыкальная школа при Консерватории). Наша школа известна в Европе тем, что ее в свое время закончили такие известные скрипачи как Вадим Репин и Максим Венгеров.

Благодаря Александру Тихоновичу создан Фонд поддержки школы — некоммерческий благотворительный фонд «Юные дарования Сибири», на средства которого осуществляются многие проекты для учащихся школы. Например, при поддержке Фонда в нашей школе проходит Открытый Всероссийский конкурс-фестиваль молодых исполнителей на духовых и ударных инструментах «Сибирские музыкальные ассамблеи». Раз в 3 года собираются удивительные музыканты-педагоги и учащихся со всей России.

Но я считаю, что было бы большой ошибкой считать конкурсы самым важным делом в процессе обучения. Нельзя все ставить на эту карту, везде должна быть мера и здравый смысл.

В рамках конкурса проводятся мастер классы, концерты членов жюри и победителей конкурса. Конечно же, я считаю, что конкурсы необходимы и очень важны как стимул для занятий и совершенствования. Это  и опыт для будущей работы, которая постоянно проходит на конкурсной основе.  Но я считаю, что было бы большой ошибкой считать конкурсы самым важным делом в процессе обучения. Нельзя все ставить на эту карту, везде должна быть мера и здравый смысл.