Выбрать страницу

Денис Буряков, первая флейта филармонического оркестра Лос Анджелиса, США

Также читайте:

Первая флейта филармонического оркестра Лос-Анджелеса, США

Денис Буряков – участник фестиваля «Виртуозы флейты»

Первых флейт из бывшего СССР в американских оркестрах намного меньше, чем исполнителей на струнных. Причина ясна. Струнная школа в России и странах СНГ одна из самых сильных. А вот духовая раньше отставала.

Единицам удалось попасть на стажировку в Европу. Этим счастливчиком был в том числе и мой профессор из Центральной музыкальной школы и Московской консерватории Юрий Николаевич Должиков. Он стажировался в Париже у знаменитого флейтиста Жана-Пьера Рампаля. И даже неполный год занятий помог ему понять основы методики. Должиков многое доработал, создал собственную школу. Но та поездка во Францию стала для него ключевой.

Когда границы открылись, флейтисты поехали учиться за рубеж. Многие вернулись, но кто-то и остался. Сейчас уже никого не удивить тем, что флейтисты из России получают премии на крупных международных конкурсах и работают в симфонических и филармонических оркестрах по всему миру.

Для меня путь в Лос-Анджелесский филармонический оркестр был довольно долгим. После ЦМШ я пять лет учился в Лондоне, у Уильяма Беннетта. Затем получил работу в симфоническом оркестре города Тампере (Финляндия). Играл там три года, потом еще год играл в симфоническом оркестре в Барселоне. А в 2009 году переехал в США, в оркестр Метрополитен-оперы. И только в прошлом году выиграл прослушивание в филармонический оркестр Лос-Анджелеса.

Правила конкурса в каждом оркестре свои. Например, в оркестре Мет все туры проходят за ширмой. И только после итогового голосования победителя представляют жюри. В оркестре в Лос-Анджелесе используется схема, более распространенная во всем мире. Первый тур и полуфинал за ширмой, финал – без.

Сначала делают отбор по биографиям, просят прислать запись. Комитет выбирает тех, кого стоит послушать вживую. Это дает возможность талантливым студентам, у которых еще мало строк в биографии, участвовать в прослушивании. И, теоретически, его выиграть. Тех кандидатов, которые уже работали в больших оркестрах, и членов оркестра приглашают сразу на второй тур (полуфинал). Программа на конкурсах похожая. Концерт Моцарта, часть из Партиты Баха. Концерт романтической эпохи, либо XX века, пара десятков оркестровых трудностей.

После оркестра в Мет мне не надо было играть первый тур. В финале ширму убирают. Жюри в моём резюме жюри могло прочитать, что я проработал не только шесть лет в опере, но и четыре года в симфонических оркестрах. Оркестры в идеале оркестры хотят найти кого-то до 35 лет с приличным опытом оркестровой игры.

Мой график загружен почти до предела. В те недели, когда не работаю в оркестре, я играю сольные концерты или даю мастер-классы. Иногда еду на день-два выступить с концертами в других городах США.
Лос-Анджелесский оркестр гастролирует раз в год. Как правило, две-три недели. В прошлом сезоне мы были в Европе (Голландия, Франция, Люксембург и Англия). В этом сезоне – тур по США. 

У нас две концертные площадки: Дисней-холл и Hollywood Bowl. Сезон в Дисней-холле длится с последней недели сентября по начало июня.  А в Hollywood Bowl – с июля по начало сентября. В Дисней-холле мы исполняем обычные академические программы, в том числе и современную музыку. А Hollywood Bowl – это открытая площадка на 18 тысяч мест. Концерты там проходят в более расслабленной атмосфере. Что-то вроде концертов в парках.

Программы – хиты классической музыки. Симфонии Бетховена, Чайковского, Шуберта и так далее. Каждое лето одна опера, иногда балеты. А также ежегодные концерты с Джоном Уильямсом, где он сам дирижирует своей кино-музыкой. Бывает, мы сопровождаем мультфильмы о Багзе Банни и Томе и Джерри.

Кстати, действие мультфильма, где Том выступает дирижером, происходит как раз в Hollywood Bowl. Этим летом был даже концерт с рок-группой. И каждое лето – концерт с музыкой Чайковского и салютом.

***
Работа в опере и в симфоническом оркестре очень отличается. В оркестре оперного театра Мет был сумасшедший график. Семь спектаклей в неделю и от трех до пяти репетиций. Мы играли по четыре, а иногда и по пять спектаклей.

В симфонических оркестрах почти вдвое меньше часов работы. Да и играешь на сцене, а не в яме. Это совсем другая атмосфера и ответственность. Репертуар, естественно, тоже другой. И в оркестре ты один из главных сольных голосов духовой группы.

Но участие в оркестре оперы это лучшая школа игры в оркестре и в ансамблях. Только там можно по-настоящему научиться слушать все, что происходит вне твоей группы или даже оркестра. Учишься слышать певцов во время своих соло и следовать за ними.

В оркестре Мет, да и в большинстве оперных оркестров, сложность еще в том, что в каждой группе по два солиста. То есть оперы из стандартного репертуара почти каждый день идут с разными составами исполнителей духовиков. Гораздо проще играть с одними и теми же людьми. Когда же состав каждый день меняется, то приходится учиться быть более гибким во всех отношениях. И по интонации и по фразировке и так далее.

После этого игра в симфоническом оркестре кажется намного проще. Всегда один и тот же состав. И ты ведешь группу, а не следуешь за певцами. В Метрополитен-опере больше половины духовиков после нескольких лет работы уходят в симфонические оркестры.

Из шестнадцати исполнителей на духовых инструментах, игравших там в 2009 году (когда я начал работать), сейчас осталось восемь. В Америке оркестр Мет в шутку называют самым лучшим в мире тренировочным оркестром для исполнителей на духовых инструментах.

***
Мне кажется, сегодня все меньше различий между школами разных стран. Раньше было четкое разделение на французскую, немецкую и американскую школы. А сейчас границы стираются. Скорее, отличаются ученики разных педагогов.

Уильям Беннетт помог мне глубже понять техническую сторону, развить фразировку и музыкальность. Он учит студентов делать музыку, а не как сыграть конкретную фразу. Мне кажется, это самое главное для преподавателя.

Даже самые известные педагоги часто решают сиюминутные проблемы, а не идейные. Беннетт остается для меня кумиром. Звучание его инструмента поразило меня в 1999 году, когда я приехал в Англию на его мастер-класс. И после этого я хотел учиться только у Беннетта. В течение первых двух-трех лет мое исполнение было практически копией его манеры. Но музыканты развиваются и учатся всю жизнь. Поэтому в дальнейшем я постепенно изменил стиль своей игры.

Сейчас стараюсь быть ближе к стилям эпох, в которые были написаны произведения. А не играть более или менее романтически, как прежде. Даже за последние пару лет мой стиль исполнения барочной музыки сильно поменялся. Но я не удаляю старые видео с YouTube, поскольку каждый концерт – это то, как ты играешь в данный конкретный день. И это по-своему интересно.

***
Флейтовый репертуар не так богат, как скрипичный. Поэтому многие флейтисты часто «воруют» скрипичные произведения. Я сыграл уже довольно много обработок скрипичных сочинений. На данный момент я не работаю над новыми переложениями. Но почти каждый год делаю новые обработки для моих летних сольных туров. Уже издал переложения Рондо каприччиозо Сен-Санса и Чаконы Баха. А в следующем году выйдут соната Дебюсси и «Кампанелла» Паганини.

***
В России я не был девять лет. Общение с коллегами, обмен опытом на концертах и мастер-классах – это всегда ужасно интересно. Я очень рад, что теперь флейтовый фестиваль есть и в России. Хотелось бы сказать огромное спасибо театру и Денису Лупачёву за его организацию.На таком высоком уровне я еще не видел ни одного фестиваля не только в России, но и во всем мире. Я побывал на многих флейтовых конвенциях и фестивалях. Но так, чтобы в таком шикарном зале и с таким оркестром! Меня это очень впечатлило! Как это Денису удалось все организовать и стянуть вместе – просто невероятно! Я уверен, что флейтисты посчитают за большую честь приехать сюда со всего мира и выступить на этом фестивале.

Сайт Мариинского театра